В ПОИСКАХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ | Печать |

Что делать, чтобы успешное трудоустройство людей с инвалидностью было не исключением, а повседневной практикой? Ответ на этот непростой вопрос искали участники VII ежегодного форума «Бизнес за равные возможности. Форум организовали РООИ «Перспектива» и Совет бизнеса по вопросам инвалидности (СБВИ) при поддержке Министерства труда и социальной защиты РФ, компаний KPMG, Siemens и других фирм — участников СБВИ. Главным ключом к решению этого вопроса все они считают личный опыт, и — что особенно важно — не только положительный, но и негативный.

Трудоустройство меняет мир?

Именно с личных воспоминаний начала свое приветственное слово и председатель правления РООИ «Перспектива» Денис Роза.

«Готовясь к этому выступлению, я подумала о том, почему для меня так важна тема трудоустройства. Я из малообеспеченной семьи, и поэтому стала работать с 14 лет. Поменяла множество профессий, включая должность преподавателя французского языка. Однажды в Чикаго мы убирали территорию для музыкального фестиваля. Я была руководителем группы, а в ней оказались четверо неслышащих ребят. Мне пришлось общаться с ними, не зная жестового языка…

Моя жизнь сильно изменилась, когда 22 года назад я пришла работать в американскую компанию, которая защищала права людей с инвалидностью. Проработав там три года, я приехала в Россию, где мы с коллегами основали «Перспективу». Начав работать, я увидела множество молодых людей, которые даже не думали о работе. И тогда, в 2003 году, мы занялись этими проблемами.

Каждая работа давала мне какой-то полезный опыт, даже если в целом она была не самой лучшей. Уверена, что так может сказать любой из вас. Мне горько, что есть люди, которые пока не могут работать. Поддерживая наших соискателей, мы одновременно чуть-чуть меняем и отношение общества к людям с инвалидностью. В компаниях появляется открытость, которой раньше не было»…

Как ни странно, большинство выступавших на форуме (а это были в основном сотрудники кадровых служб крупных фирм) говорили о том же — о влиянии трудоустройства людей с инвалидностью (или, по их терминологии, «инклюзивного трудоустройства») на собственное восприятие мира. Молодые, красивые дамы, взахлеб рассказывали, как знакомство с инвалидами заставило их по-иному взглянуть на жизнь, убедив в том, что эти люди могут быть отличными специалистами, интересными собеседниками, верными друзьями. Что они, как выразилась сотрудница транспортной компании DPD Елена Арефьева, «такие же люди, как и все остальные.
Среди них есть трудолюбивые и тунеядцы, те, кто любит болеть, и те, кто не любит болеть, с мотивацией и без нее».

…Понятно, что в среде тех, кто давно погружен в тему, подобные признания вызывают снисходительную улыбку. Однако не стоит забывать: готовность принять и понять человека, который чем-то отличается от окружающих, вникнуть в его особенности — один из ключевых факторов успешного трудоустройства человека с инвалидностью. Как рассказала Алена Истомина (аудиторская компания Deloitte CIS), «иногда люди поначалу не понимают, как с человеком общаться. Мы наняли слабослышащую девушку, которая говорила и читала по губам, однако коллеги общались с ней исключительно письменно. Когда однажды они увидели, как мы с ней болтаем, то спросили: «А с ней что, и разговаривать можно?» Оказалось, им это просто не приходило в голову… Сейчас они же говорят: «А давайте еще поищем таких ребят!», потому что девушка оказалась классным специалистом».

Чтобы снять все эти психологические проблемы, РООИ «Перспектива» регулярно проводит тренинги для сотрудников компаний, которые вырабатывают нужное понимание ими вопросов инвалидности, формулируют правила этикета и принципы взаимодействия с людьми, имеющими те или иные физические особенности. Прошел такой тренинг и на форуме. Кроме того, «Перспектива» издала красочные буклеты, посвященные различным аспектам взаимодействия с инвалидами — буклеты раздали всем участникам разговора. (К слову, многие из них размещены на сайте организации https://perspektiva-inva.ru/.)

Отдельные участники СБВИ идут дальше. Например, организуют для своих сотрудников занятия по программе «Диалог в темноте», на которых людям предоставляется возможность почувствовать себя в роли незрячего. «Я неожиданно для себя поняла, что жутко боюсь темноты, — призналась Е. Арефьева. — Хотя тренер предупреждал, что в помещении нет ни ступенек, ни острых углов, я сняла туфли на каблуке, так как боялась оступиться. Но закончилось все это тем, что мы в полной темноте пили чай с тортом, причем сами разливали его по чашкам. Такие тренинги помогают преодолеть отчужденность в общении, боязнь обидеть человека с инвалидностью. Это очень важно, поскольку отчужденность может стать препятствием для успешного трудоустройства».

«Ищем звездочек…»

Впрочем, если бы все трудности при трудоустройстве людей с инвалидностью сводились только к психологическим проблемам, их бы, наверно, давно удалось преодолеть.

Представитель компании Сименс Виктория Боровикова перечислила мифы об инклюзивном трудоустройстве, бытующие в среде предпринимателей. Ее выступление опиралось на исследование, участниками которого стали 17 компаний — членов Совета бизнеса по вопросам инвалидности. Подчеркну: это — компании, которые уже заинтересованы в трудоустройстве людей с инвалидностью.

«Среди психологических стереотипов лидирует представление о том, что работодателю и коллективу будет трудно общаться с человеком с инвалидностью.

Организационные предрассудки связаны, прежде всего, с тем, что для инклюзивного трудоустройства якобы надо создавать специализированные рабочие места и выделять особого сотрудника, который вел бы эту работу.

Главный юридический стереотип заключается в том, что с сотрудником, имеющим инвалидность, надо заключать особый трудовой договор. Кроме того, таких людей якобы труднее уволить, а если произойдет несчастный случай, работодатель понесет бОльшие потери.

К финансовым предрассудкам относятся, прежде всего, дополнительные затраты на рабочее место для инвалида и дополнительный отпуск».

В своих выступлениях участники форума успешно опровергли эти стереотипы. Оказывается, для большинства сотрудников с инвалидностью никаких особых условий создавать не нужно. А там, где требуется спецоборудование, оно обходится до смешного дешево. К примеру, специализированное рабочее место для кассира с инвалидностью по слуху в магазине Юлмарт (кнопка вызова и табло для покупателя, плюс программа с определенным набором предложений для чата между кассиром и клиентом) стоит около 15 тысяч рублей. Разумеется, не существует никаких особых трудовых договоров, а дополнительный отпуск сотрудника с инвалидностью работодатель вообще не оплачивает.

Словом, и эти стереотипы, похоже, лишь маскировка главного препятствия на пути инклюзивного трудоустройства — несоответствия между требованиями бизнес-сообщества и возможностями соискателей. Руководитель отдела по трудоустройству людей с инвалидностью РООИ «Перспектива» Михаил Новиков откровенно признался: «Сегодня бизнес может предложить нам не так уж много вакансий, которые реально подходят людям с инвалидностью. Где-то очень высокие требования (к примеру, свободное владение английским), где-то — слишком тяжелые условия труда, где-то — очень низкая зарплата. Из группы претендентов в 10–15 человек берут обычно 2–4 и просят нас подобрать еще. Но мы-то знаем, что подходящих кандидатов не так много».

По словам М. Новикова, процесс успешного трудоустройства инвалида в среднем занимает год-полтора. Как рассказала Анна Пивоварова (Независимая регистраторская компания), «компании, входящие в СБВИ, разработали специальные образовательные программы, которые готовят людей с инвалидностью к поиску работы. Один из проектов — «Я и моя карьера». Он разработан для подготовки студентов с инвалидностью к трудоустройству на открытом рынке труда. Им этот проект дает, прежде всего, возможность бесплатно пройти тест на профориентацию и определить, в каких областях они наиболее конкурентоспособны. Затем студенты приходят на встречу со специалистами компаний, которые помогают им понять требования бизнеса. Мы учим их писать резюме и рассказываем, как проходить собеседование, убеждаем ребят не скрывать факт инвалидности и честно предупреждать, какие ограничения она может наложить на выполнение профессиональных обязанностей. Проект уже охватил 50 студентов в 7 вузах. Однако дальнейшему развитию мешает то, что в вузах часто даже нет информации о студентах с инвалидностью».

Сотрудница сети аудиторских компаний KPMG Анастасия Герасимова рассказала о двух других проектах. «Конкурс «Путь к карьере» в 2017 году пройдет уже в десятый раз. Сегодня это — конкурс звезд. У его победителей — профильное образование и хороший английский язык. В течение 3–4 месяцев участников финала с помощью тренингов натаскивают для выступления в финале. Некоторые из них сразу получают предложения о работе.

«Карьерные перспективы» — напротив, совсем юный проект, который родился в июле 2016 года. Когда мы обсуждали, что объединяет большинство соискателей с инвалидностью, оказалось, что это низкая мотивация в поиске лучшего места работы, низкая самооценка и неумение успешно себя презентовать. Отталкиваясь от этого, мы сделали проект, в который отобрали 16 участников из 60 претендентов. К каждому из них прикрепили персонального наставника, которому во время обучения он мог задавать любые вопросы, обсуждать свои трудности в трудоустройстве. 2 ноября проект был закрыт. О его результатах говорить пока рано, но через полгода мы обязательно обзвоним ребят. Уже во время проекта 3 человека трудоустроились, но я не уверена, что эти события взаимосвязаны».

Переходной формой от поиска работы к трудоустройству для многих становятся оплачиваемые стажировки, срок которых может колебаться от месяца до года. По убеждению Елены Арефьевой, «это, в числе прочего, — еще один способ преодолеть взаимные страхи. В ходе стажировки стажер имеет возможность понять, хочет ли он заниматься именно этой работой, подходит ли она ему. И если коллеги видит, что человек работает с той же отдачей, что и они, порой даже с лучшим качеством, то страхи пропадают и люди убеждаются, что инвалидность человека сама по себе не создает дополнительных сложностей».

«Мы начали программу найма ребят с инвалидностью со стажировок около 2 лет назад, — подхватила тему Елизавета Лысенко (компания Nestle Россия). — Тренировки одинаковы как для студентов с инвалидностью, так и тех, кто без нее. Сейчас тренировки прошли 16 человек. Около половины были рекомендованы на постоянную работу, но реально мы взяли только двух человек, поскольку для остальных пока нет рабочих мест. В ходе работы мы столкнулись с тем, что далеко не все выпускники вузов готовы начинать работу со стажировки. Многие сразу претендуют на постоянные рабочие места»...

Иногда чтобы убедить руководство и коллег, что инклюзивное трудоустройство — это не пустая трата средств, инициаторам процесса приходится создавать вакансию под конкретного человека. О таком случае рассказала Наталья Спиридонова (Независимая регистраторская компания).

«Начинать было непросто, хотя коллектив у нас в целом очень хороший, — подчеркнула она. — Первую вакансию мы создали под очень обаятельного и трудолюбивого молодого человека с ментальной инвалидностью. Он должен был сканировать документы. Вскоре Миша так прижился, что руководители других отделов стали просить его на время, чтобы разгрести собственные завалы. Недавно одна из руководителей отделов, разозлившись на своих сотрудников, в сердцах сказала: «Я бы вас всех поменяла на таких, как Миша!»

Вслед за Мишей в компанию взяли еще двух людей с ментальной инвалидностью на вакансии, которые раньше занимали студенты. «Они приходили и уходили, а нам хотелось стабильности. Люди с ментальными нарушениями стали в этом плане наилучшими кандидатами, так как они сразу заявляют, что пришли работать до пенсии.

Что дает трудоустройство людей с инвалидностью? — спросила Н. Спиридонова и тут же ответила конкретным примером. — Не так давно ко мне обратился один из наших топ-менеджеров. Оказалось, что у его сына ментальные нарушения, и он просил оформить его куда-нибудь на неполную занятость. Но когда мы показали ему, как работают у нас такие ребята, он воодушевился и захотел, чтобы и его сын работал полный день. «Я понял, что он может приносить пользу компании, и мне не придется стесняться его,» — подчеркнул он»…

С другой точки зрения

Читателям этих строк может показаться, что инклюзивное трудоустройство сродни прогулке по минному полю: куда ни глянь, одни опасности. Однако статистика убеждает: в целом в этой сфере все не так сурово. С некоторыми результатами исследования динамики трудоустройства людей с инвалидностью на форуме выступила представитель крупного рекрутингового агентства Хэд Хантер Марина Хадина:

«С 2013 года мы проводим опросы по этой проблематике наших работодателей и соискателей с инвалидностью. Кроме того, в нашей базе вакансий есть специальная маркировка, которую может поставить работодатель, если считает, что определенная вакансия доступна для человека с инвалидностью.

Прежде всего, для нас отрадно, что вакансии для людей с инвалидностью сегодня есть на многих территориях России, а не только в Москве или Санкт-Петербурге. Сегодня людям с инвалидностью доступно 25 тысяч вакансий. Их доля составляет 8% от общего числа. За два года эта доля увеличилась в 4 раза. Анализируя сферы деятельности, мы видим, что больше всего вакансий в банковском секторе, в области продаж и на административной работе. Этот расклад полностью соответствует раскладу на общем рынке труда.

Как показали опросы работодателей, люди с инвалидностью сегодня работают в 42% компаний. Их численность тоже потихоньку растет. Среди положительных сторон приема инвалидов на работу 73% опрошенных отметили социальное развитие общества, 44% — бОльшую заинтересованность в работе и 20% — более активную жизненную позицию. Отрицательными сторонами 33% работодателей считают необходимость создания специальных рабочих мест, 31% — проблемы со здоровьем у людей с инвалидностью, 22% — большое количество больничных листов и 19% — низкую мобильность. Вопреки распространенным представлениям, 71% людей с инвалидностью предлагается полный рабочий день и только 2% — удаленная работа».

Добавлю: согласно показанной М. Хадиной диаграмме, количество вакансий с сокращенным рабочим днем в 2014 году равнялось 1%, а в 2016 — и вовсе 0%. Между тем, сокращенный рабочий день — одна из наиболее распространенных трудовых рекомендаций, которая вносится в ИПРА Медико-социальной экспертизой. Это — маленькая, но очень яркая деталь, свидетельствующая о том, что о возможностях реальных людей с инвалидностью бизнес думает в последнюю очередь.

Наглядной иллюстрацией этого же подхода стали и ответы докладчиков на вопрос члена клуба молодых инвалидов «Арго» Никиты Готовцева: «Как быть, если инвалиду нужна плановая реабилитация?»

Сотрудница компании Юлмарт Юлия Мальцева предложила проходить ее… во время очередного отпуска: «У нас есть сотрудник, который ежегодно ложится на два месяца на плановую операцию. Он оформляет их как дополнительный отпуск без сохранения содержания, на который имеют право инвалиды, — уточнила она. И продолжила: — Другое дело, что руководству придется решать вопросы невыполнения работы в то время, пока работник находится на реабилитации, а также возможное снижение его квалификации после перерыва. Это значит, что человек с инвалидностью должен осознанно выстраивать отношения с работодателем, демонстрируя высокую мотивацию».

Другие участники дискуссии и вовсе посоветовали, если это возможно, выполнять часть работы дистанционно, во время реабилитации.

В целом же высокие проценты, о которых говорила М. Хадина, объясняются просто: речь идет о трудоустройстве любых инвалидов на любых предприятиях. В том числе — и о людях с инвалидностью по общему заболеванию, которые, получив группу уже в зрелом возрасте, зачастую продолжают тихо трудиться на привычной должности. (Напомню, что по численности эта категория в разы больше, чем все инвалиды с детства вместе взятые). «Перспектива» же, прежде всего, борется за трудоустройство молодых людей, ставших инвалидами до начала трудовой деятельности, то есть немногочисленной, но наиболее активной части сообщества.

Еще один источник благополучной цифири, как это ни грустно — фиктивное трудоустройство. Речь о нем зашла и на форуме. Елена Арефьева рассказала: «Как только ужесточился закон о квотировании, к нам в компанию посыпались звонки с предложением закрыть все квоты по инвалидам. Оказалось, что тут же образовались некие сообщества, которые представляют интересы тех инвалидов, которые согласны на фиктивное трудоустройство за небольшие деньги. Мы от таких предложений отказались, так как хотим помочь тем, кто хочет реально работать».

…В DPD отказались, а во многих компаниях — нет. Сама знаю людей, «трудоустроенных» подобным образом. Более того: время «работы» у них строго ограничено, чтобы дать возможность подзаработать большему числу людей…

Что дальше?

Одна из задач форума «Бизнес за равные возможности» — пропаганда идеи инклюзивного трудоустройства в бизнес-сообществе. Однако мне показалось, что в атриуме московского представительства компании «Сименс» в основном собрались люди, более или менее знакомые друг с другом. При этом некоторые участники дискуссии ратовали за привлечение к разговору не только коммерсантов, но и должностных лиц, ответственных за трудоустройство и социальную сферу.

«Невозможно решать эти проб­лемы без взаимодействия с чиновниками, — убеждал собравшихся преподаватель английского языка Сергей Кречетов. — Мы в Петербурге сейчас обучаем 90 человек с инвалидностью разных нозологий на курсе «Английский язык для граждан с ограниченными возможностями здоровья». Все они учатся за счет городских субсидий; только если этих денег не хватает, подключаются компании. Люди приходят после вузов, не готовые к работе! Их надо обучать, и мы готовы им помочь. А в Москве я не могу пробить площадку с доступной средой за нормальную сумму! Бывает и так, что организации, в которых создана доступная среда, не могут по законодательству заключить с нами договор аренды».

Парируя это замечание, М. Новиков заметил, что опыт общения с чиновниками у форума был. «Люди приходили, говорили дежурные фразы и уходили. Никакого реального взаимодействия не возникало, и мы решили больше их не приглашать».

Однако и силы «Перспективы» в борьбе за инклюзивное трудоустройство не безграничны. «Одновременно мы можем работать по трудоустройству с 10-15 организациями, больше просто не потянем, — трезво оценивает возможности своих коллег Михаил Новиков. (Напомню, что он руководит в этой организации отделом по трудоустройству людей с инвалидностью). — Некоторые из выступавших с восторгом говорили о нашей базе данных в 5 тысяч человек, но это — не то, чем можно гордиться. Да, среди них есть мотивированные, хорошо подготовленные люди, которых мы можем трудоустроить, может быть, потратив на этот процесс год-полтора. Но очень многие просто «зависают» в базе, так как они не готовы для инклюзивного трудоустройства, а мы не можем довести их до этого уровня»...

Тем не менее, совместные усилия постепенно приносят свои плоды. Представительства Совета бизнеса по вопросам инвалидности уже открыты в Воронеже, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и Новосибирске, а в его рядах числится 61 крупная компания. В 2016 году совместно с компанией JTI «Перспективе» удалось трудоустроить человека во Владивостоке, где у нее даже нет своего представительства.

Конечно, это — намного меньше, чем хотелось бы. Но наивно думать, что даже крупная общественная организация может самостоятельно решить проблему государственного масштаба.

Думается, органы занятости должны, наконе, понять, что трудоустройство людей с инвалидностью — не та проблема, которая рассосется сама собой. Опыт «Перспективы» и ее соратников показывает: для достижения успехов в этой сфере, нужны, прежде всего, не финансовые, а организационные усилия, в том числе — внедрение системы стажировок и сопровождаемого трудоустройства по всей стране.

И тогда шанс найти свою работу появится не только у «звездочек», но и у большинства трудоспособных людей с инвалидностью.

Екатерина ЗОТОВА