Начало
РАБОТА РАДИ ЛЮДЕЙ — с разных точек зрения | Печать |

Конец года — время подведения итогов и верстки планов на будущее. Так получилось, что в один день и даже в одном зале Международного мультимедийного пресс-центра МИА «Россия сегодня» состоялись две пресс-конференции, напрямую касающиеся реализации прав инвалидов на достойную жизнь. В обоих случаях отчет держали фонды, причем по единой схеме: «Что было, что будет, чем сердце успокоится».

Первой на вопросы журналистов отвечала председатель Федерального фонда обязательного медицинского страхования Наталья Стадченко. Слово «фонд» в названии ее ведомства никого не должно вводить в заблуждение: это — государственная структура. ФФОМС собирает средства, отчисляемые работодателями на обязательное медицинское страхование своих сотрудников, прибавляет к ним ассигнования госбюджета, направленные на страхование неработающих граждан и, через систему территориальных фондов ОМС и страховых компаний, оплачивает наше с вами лечение в государственных поликлиниках и больницах.

Участниками второй пресс-конференции стали руководители негосударственных фондов, проектов и организаций из «первой сотни» российской благот­ворительности, собранные мо­лодым, но развернувшим очень бурную деятельность фондом поддержки слепоглухих «Со-едине­ние». Понятно, что полностью совпасть их анализ ситуации и прогнозы на будущее вряд ли могли. Тем интереснее вникнуть в детали…

Что было…

Буквально в первой фразе своего выступления председатель ФФОМС Н. Стадченко настойчиво подчеркнула: «С самого начала 2015 года власти страны стали вносить коррективы в принятый бюджет. Однако это не повлияло на выполнение основных обязательств ФФОМС по реализации прав граждан на бесплатное медицинское обслуживание. Более того, на финансовое обеспечение специализированной медицинской помощи в учреждениях Минздрава государство выделило дополнительно 15 миллиардов рублей. Это связано с ростом цен на лекарственные средства, медицинские услуги и инструментарий».

Смысл этого заявления ясен: несмотря на трудности, государство заботилось, заботится и будет заботиться о здоровье граждан. Однако реальность оказывается сложнее.

Как отметила директор фонда «Подари жизнь» Екатерина Чистякова, с развитием кризиса «запрос на помощь к благотворительным фондам вырос. Уже в конце 2014 года было понятно, что надо собирать больше денег. Растет стоимость лекарств, поиска и активации неродственных доноров костного мозга для наших подопечных, так как большая часть этого приобретается за рубежом и оплачивается в долларовом эквиваленте».

По словам руководителя проекта «Нужна помощь» Мити Алешковского, в регулярной помощи из-за кризиса стали нуждаться не только люди, но и сами благотворительные организации. «Многие из них находятся, можно сказать, в коме, немало и таких, кто уже просто перестал существовать», — заявил он.

Впрочем, прошлый год принес и обнадеживающую тенденцию — рост вовлеченности российских граждан в сферу благотворительности. Для Алешковского главным событием года «стало развитие портала «Такие дела», который не только рассказывает о благотворительности и дает возможность собирать деньги, но и информирует о сути проблем. Мы имеем больше миллиона просмотров в месяц. Количество людей, вовлеченных в благотворительность, постоянно растет», — отметил он.

«Согласно социологическим исследованиям, уже 50% взрослых россиян за последний год хотя бы раз жертвовали деньги на благотворительные цели, — подтвердила директор Агентства социальной информации, член Общественной палаты РФ Елена Тополева-Солдунова. — Во многом это связано с распространением пожертвований с помощью СМС. И это здорово! Средний возраст жертвователей — от 25 до 34 лет, 64% из них — женщины».

Впрочем, Е. Тополева-Солдуно­ва отметила и обратную сторону роста внимания к благотворительности. «Все больше людей пытается присоседиться к этому движению, организуя сбор средств в пользу того или иного фонда в людных местах. В этом случае нужно быть бдительными и перепроверять информацию».

«Если мошенники пытаются собирать деньги от имени фонда, значит, фонд популярен», — улыбнулась на это Е. Чистякова.

Она же выделила еще ряд положительных тенденций: «Больше поддержки нам стали оказывать СМИ. Так, 5-й канал запустил по четвергам акцию «День добрых дел», и зрители уже знают, что в этот день будут сюжеты о людях, которым можно помочь, отправив СМС. Вообще в последнее время придумано много разных способов делать пожертвования легко. Людям, которые готовы делиться деньгами, надо давать возможность делать это с минимальными затратами.

Важной тенденцией для нашего фонда стало распространение в России такого явления, как волонтерский фандрайзинг. Фонд «Подари жизнь», надеемся, станет паровозиком для этого дела. Мы отметили свой день рождения так называемым «Безумным чаепитием», к которому присоединились 274 чаепития в более чем 80 городах России и 11 стран мира. Люди просто собирались, общались, пили чай и при этом клали на стол шляпу, в которую каждый мог положить деньги. Суммы собрали разные. Где-то 1000, где-то 3000, на моем чаепитии собрали 120 тысяч, а все вместе — больше 7 миллионов рублей», — радовалась Е. Чистякова.

Еще две тенденции в благотворительности, проявившиеся в 2015 году, обозначил президент фонда поддержки слепоглухих людей «Со-единение» Дмитрий Поликанов: «Одна из тенденций — рост профессионализма в этой сфере. Мы уходим от общественных ожиданий, что в благотворительности работают люди, которые все делают бесплатно, к привлечению профессиональных кадров, — отметил он. — Мне кажется, это хорошо, потому что деньги будут тратиться более эффективно, будут появляться более яркие, интересные проекты.

Вторая тенденция — в создании системных проектов благотворительной помощи. Надо уходить от помощи конкретному человеку в конкретную минуту, когда ему плохо. Нужно постараться изменить систему так, чтобы эта ситуация не повторялась. Уже появляются фонды, которые до половины бюджета тратят на создание системы, инфраструктуры, условий, а другую половину — на оказание конкретной помощи людям, помогая решить их социальные проблемы».

К ним, заметим, безусловно, относится и само «Со-единение». Существуя меньше двух лет, фонд успел не только встать на ноги, но и запустить ряд крупных проектов. Среди них — создание базы слепоглухих в России (в ней уже более 2500 человек), издание журнала «Ваш собеседник», в котором печатаются литераторы со слепоглухотой, постановка спектакля «Прикасаемые», создание ресурсного центра в Ясенево и около 30 досуговых центров, а также службы сопровождения слепоглухих, которая работает в Москве и Московской области…

Об итогах работы одной из старейших благотворительных организаций России, Центра лечебной педагогики, рассказал его исполнительный директор Николай Моржин. Причем начал он, подтвердив прогноз Мити Алешковского о росте числа людей, вовлеченных в благотворительность, отнюдь не с достижений: «Главная печаль для организаций, работающих с детьми и взрослыми с ментальной инвалидностью, что об этой проблеме в нашей стране не говорят — это остается табуированной темой. За 26 лет работы Центра первым и единственным из медийных лиц, кто приехал к нам и подружился с нашими детьми, был Иван Ургант. До сих пор в роддомах России родителям настоятельно рекомендуют отказываться от детей, если есть хотя бы подозрение на нарушения в их развитии. Там нет никакой информации для родителей о возможностях реабилитации».

Нелегко приходится и самому Центру. «Все эти годы, — признал Н. Моржин,— мы жили на гранты от внебюджетных и благотворительных фондов, в том числе зарубежных. Сейчас эта доля сократилась до 20%. С другой стороны, в 2014–2015 году у нас резко выросло количество детей. Нагрузка и на педагогов, и на само здание резко возросла. Тяжело всем, в том числе и детям».

Однако именно кризис подтолкнул руководство Центра лечебной педагогики к освоению новых финансовых инструментов. «В этом году мы с трудом, но успешно реализовали два проекта по сбору средств в Интернете на платформе Planeta.ru, — рассказал Н.Моржин. — Кроме того нас, с нашей темой, начали приглашать на телевидение. При этом сложнее всего объяснить обществу вот что: если больному ребенку можно дать денег на лечение и он поправится, то нашим детям и их семьям поддержка нужна на всю жизнь».

Таковы итоги года в благотворительности. А теперь вернемся к положению дел в медицине.

Н. Стадченко с удовлетворением сообщила, что «с 2014 года 459 самых растиражированных высокотехнологичных методов лечения вошли в базовую программу обязательного медицинского страхования и стали доступны в большинстве регионов России. Сумма, направленная ФФОМС на финансирование высокотехнологичной медицинской помощи, достигла 82 миллиардов рублей по сравнению с 50 миллиардами в 2014 году. Благодаря этому, в 2015 году высокотехнологичная медицинская помощь была оказана 715 тысячам человек, что в 1,5 раза больше, чем в прошлом году».

Успех? Несомненно. Однако и тут не обошлось без проблем. «После погружения в ОМС с 1 января 2015 года новых видов помощи оказалось, что теперь при родственном донорстве обследование донора и забор клеток не оплачиваются из средств бюджета, — констатировала Е. Чистякова. — Правда, потом государство спохватилось и выделило деньги из госзадания, но в декабре они уже закончились. Таким образом, фонды вынуждены были финансировать то, что забыли внести в расходы те, кто их составлял».

Еще одним достижением 2015 года руководитель ФФОМС считает развертывание системы информирования граждан через Интернет о стоимости медицинской помощи, которая им оказана. «Мы ввели ее, во-первых, чтобы показать, что медицинская помощь бесплатна для человека, но за нее медицинским организациям платит государство. Во-вторых, граждане должны стать участниками этого процесса. Они видят и понимают, была или не была им оказана конкретная услуга», — подчеркнула она.

Эта система уже помогает выявлять приписки. «Из 28 тысяч человек, зашедших на портал территориального фонда ОМС Москвы, около 400 заявили, что они не получали конкретной медицинской помощи, — сообщила Н. Стадченко. — ФОМС проверил эти медицинские учреждения и выяснил, что в 110 картах действительно отсутствовали записи об оказанной медицинской помощи. Эти медучреждения были оштрафованы».

Словом, государство пытается улучшить положение дел в медицинском обслуживании граждан и добивается определенных результатов. В то же время, нерешенных вопросов остается на порядок больше. Так, директор фонда «Подари жизнь» Е. Чистякова подняла больную (в прямом смысле слова!) проблему, которая так и не была решена в ушедшем году. «Не все можно купить за деньги, — напомнила она. — В России, к сожалению, все еще невозможно купить обезболивание, необходимое для подопечных многих фондов. В начале 2015 года мы вынуждены были из-за сбоев в финансировании заниматься ручным управлением, звоня лицам, принимающим решения, начиная от завотделением и главврача клиники и кончая чиновниками Минздрава и Росздравнадзора. Сейчас на наши звонки уже никто не отвечает отказом и вместе мы решаем, как обезболить конкретного ребенка».

Грустно, когда отсутствие прямого отказа в помощи уже воспринимается как победа…

Хорошо бы промедление с обезболиванием онкобольного, вне зависимости от причин, каралось штрафом для всей цепочки ответственных лиц. А еще лучше, если бы таких случаев не было вовсе.

Что будет…

По информации председателя ФФОМС Н. Стадченко, оптимизация медицинской сферы продолжится и в 2016 году. С 1 января в базовую программу ОМС входят еще 54 метода высокотехнологичной медицинской помощи. (Интересно, все ли предусмотрели чиновники на этот раз?) Кроме того, «с 2016 года часть средств, оставшихся на счетах страховых компаний, которые раньше становились их собственностью, будет направляться в особый Резервный фонд. За счет этих средств будет происходить обучение медперсонала, приобретение и ремонт высокотехнологичного оборудования».

Иначе говоря, то, что граждане по каким-либо причинам не «выбрали» за год в качестве оплаты за медицинские услуги, теперь пойдет на поддержку медицины.

Изменения намечаются и в сфере деятельности некоммерческих организаций. «В ежегодном послании Федеральному собранию президент РФ подчеркнул, что необходимо не только поддерживать некоммерческие организации напрямую, но и создавать условия для их участия в оказании социальных услуг, — напомнила Е. Тополева-Солдунова. — Появился даже конкретный показатель: к концу 2016 года они должны оказывать 10% услуг. Кроме того, предложено ввести новый статус НКО — «исполнители общественно-полезных услуг».

«В сфере оказания социальных услуг некоммерческие организации могут быть гораздо эффективнее, чем государственные, — заявил Д. Поликанов. — Наш фонд на будущий год собирается создать программу сопровождаемого проживания. Существуют данные, что стоимость такого проекта в 4–5 раз меньше того, что тратится на содержание таких людей в госучреждениях. При этом люди будут жить не в огромных палатах, где за ними никто не смотрит, а компактно и при этом чувствовать себя полноценными членами общества. Мы понимаем, что определенные средства нужно будет вложить в подготовку кадров. Не хватает преподавателей, тифлосурдопереводчиков, психологов, медицинских работников. И в этом смысле мы поможем государству, чтобы потом государство задействовало наши кадры за счет бюджета для оказания услуг нашим подопечным».

В то же время, Н. Моржин радуется прямо противоположной перспективе. «Государство стало больше обращаться к теме особых людей и уже подумывает о том, чтобы открыть дома поддерживаемого проживания, тренировочные квартиры, — сообщил он. — Наш центр делал это уже лет 6–7 назад, теперь и они готовы воплощать такие практики в жизнь. И это очень хорошо, так как будет больше мест, куда люди могут обратиться».

Митя Алешковский предложил усилить внимание к проблемам инвалидов. «В последние годы в стране более-менее сдвинулись с мертвой точки проблемы сирот и обезболивания. Но никак не сдвигается проблема инвалидов в целом и особенно взрослых людей с ментальной инвалидностью. В наш фонд уже на три года вперед поступило заявок на помощь от организаций, оказывающих помощь инвалидам. В этой сфере существует страшнейший социальный кризис, он только прогрессирует», — подчеркнул он.

А Е. Чистякова привлекла внимание собравшихся к еще одной законодательной инициативе — проходящему обсуждение в Госдуме закону «Об основах деятельности по организации зрелищно-развлекательных мероприятий»: закон может осложнить жизнь многим благотворительным организациям. «Благотворительность — это, конечно, не шоу-бизнес, — отметила Е. Чистякова. — Но, к примеру, наш фонд регулярно устраивает «Игры победителей» — спортивные соревнования для детей, победивших рак. На них съезжаются ребятишки со всей страны, в них участвуют артисты. Теперь для проведения таких мероприятий, даже без продажи билетов, надо будет вступить в саморегулирующиеся организации и заплатить взнос, хотя ни фонды, ни артисты не получают от этого ни выгоды, ни прибыли. Для того, чтобы фонды могли продолжать эту деятельность и не платить при этом государству непонятно за что, надо вносить в закон поправки».

Чем сердце успокоится…

А впрочем, надо ли ему успокаиваться? Ведь и безо всяких анализов и отчетов каждый из нас знает: проблем в стране множество и жизнь в наступившем году вряд ли станет проще. Особенно досадно, когда проблемы появляются из-за неудачных решений власти, а расхлебывать эти последствия приходится рядовым гражданам.

К примеру, неразбериха с полисами обязательного медицинского страхования тянется в России с мая 2011 года. Отвечая на вопрос о причинах замены старых полисов на новые, Н. Стадченко объяснила, что сделано это было ради унификации документа: «Первоначально каждый регион разработал свою форму полиса. Были случаи, когда, к примеру, в Краснодарском крае на курорте жителю другого региона отказывали в бесплатной медицинской помощи, так как не могли подтвердить, гарантирует ли его документ оплату этой помощи. Теперь форма полиса ОМС едина для всей России. Сначала новые полисы были только бумажными, так как для работы с электронным полисом нового образца в медицинских учреждениях должны быть специальные считывающие устройства. Однако по мере готовности регионов в них начинают выдавать электронные полисы. В число таких регионов входит и Москва».

Иными словами, те, кто не спешил с обменом, оказались в выигрыше. Теперь они смогут сразу получить удобную пластиковую карту, а не бумажную «простынь», для которой ушлые коммерсанты даже изготовили специальную обложку.

Но если новшества в России и дальше будут вводиться столь же причудливым способом, боюсь, что благотворительным фондам все свои силы придется бросить на устранение «побочных эффектов».

Даже если в ряды благотворителей встанет вся страна…

Екатерина ЗОТОВА